Жизнь и творчество Оскара Уайльда

В творчестве Уайльда отчетливо различаются два периода. Большинство произведений самых разнообразных жанров было написано в первый период (1881 - 1895) : стихотворения, эстетические трактаты, сказки, его единственный роман “Портрет Дориана Грея”, драма “Саломея” и комедии. Ко второму периоду (1895 - 1898) принадлежат лишь произведения, в которых в полной мере отразился духовный кризис пережитый писателем в последние годы его жизни (“De Profundis”, “Баллада Редингской тюрьмы”).

Поэтическое наследие Уайльда не слишком обширно. Оно представлено двумя книгами стихотворений : “Стихи” (1888г) и “Стихотворения, не вошедшие в сборники, 1887 - 1893”, а также несколько лирико-эпических поэм, наибольшую известность из которых приобрела написанная вскоре после освобождения из тюрьмы “Баллада Редингской тюрьмы” (1898) . В поэзии Оскар Уайльд упорно, по много раз переделывая написанное, добивался отточенности каждого стихотворения, отдавая предпочтение наиболее емким, трудным и давно забытым стихотворным и ренессансным поэтическим жанром - канцонам Пpимечание: Канцона - в средневековой поэзии трубадуров: стихотворное послание размером до 7 строф со сквозной рифмовкой., вилланелям Пpимечание: Вилленель - твердая стихотворная форма, 6 строф с рифмовкой : А бА , абА , абА , абА , абА , абА А , где А и А - повторяющиеся припевы. Сложилась во французской поэзии по образцу итальянской имитации народных песен. и др., что явилось несомненно признаком влияния прерафаэлитов. Основным содержанием своих стихов Уайльд сделал любовь, мир интимных страстей и переживаний. Также одним из жанров, в которых Уайльд-поэт достиг наибольшей выразительности, стали “моментальные” зарисовки сельского, а чаще городского пейзажа - так называемые “impressions” (например, стихотворение “Симфония в желтом”, носящее ярко выраженный импрессионистический характер и построенное на игре цветовых и звуковых сочетаний; “Les Silhouettes” и др.

Большинство стихотворений первого сборника Уайльда перегружено эстетскими сравнениями и образами. Читая критическую литературу о творчестве Оскара Уайльда, везде натыкаешься на одни и те же фразы : “ .стихотворения лишены подлинного поэтического чувства, . поэт подменяет образы живой природы стилизованными картинами “сапфирового моря и горящего, как раскаленный опал, неба”, .однообразное мелькание золота, мрамора, слоновой кости и прочих драгоценностей очень быстро причиняло скуку, хотя всего этого хватило бы ювелирам всего мира и проч.”

Действительно, для Уайльда “творение природы становится прекраснее, если оно напоминает нам о произведении искусства, но произведение искусства не выигрывает в своей красоте от того, что оно напоминает нам о творении природы”. Тем не менее, автор позволит себе усомниться в столь критической оценке. Неужели тот факт, что уайльдовские “ониксы подобны зрачкам мертвой женщины”, а не наоборот, не может являться доказательством более чем богатой, оригинальной и типичной для декаданса фантазии? Ни у одного из критиков нет прямого указания на то, что Оскар Уайльд явился первым и чуть ли не единственным из декадентов, столь умело использующим этот вид метафор.

Уже в первом сборнике ранних стихов Уайльда появились свойственные декадансу настроения крайнего пессимизма. Ярким тому примером является стихотворение “Eх tenebris” (“Из мрака”), проникнутое чувством отчаяния и одиночества. В стихотворении “Vita nuova” (“Новая жизнь”) Уайльд говорит о жизни, “полной горечи”. В стихотворении “Видение” он признается, что из античных трагиков ему ближе всех Еврипид - человек, который “устал от никогда не прекращающегося стона человеческого”. Ту же интонацию боли, подавленной горечи и самоотречения нельзя не услышать и в сонете “Раскаяние”, посвященном объекту долголетней и ставшей роковой для писателя привязанности Оскара Уайльда к Альфреду Дугласу Пpимечание: Альфред Дуглас (1870-1945) - третий сын маркиза Квинсбери, второстепенный английский поэт

Венцом этой тенденции стала опубликованная в 1898 году за подписью “С. З. З.” (номер арестанта Уайльда в правительственном заведении Ее Величества Королевы) поэма “Баллада Редингской тюрьмы”, обозначавшая, наряду с “De Profundis”, решительный поворот в его сознании и творчестве. В своей “тюремной исповеди” он напишет : “Страдание и все, чему оно может научить, - вот мой новый мир. Я жил раньше только для наслаждений. Я избегал скорби и страданий, каковы бы они ни были. И то и другое было мне ненавистно . Теперь я вижу, что Страдание - наивысшее из чувств, доступных человеку, - является одновременно предметом и признаком поистине великого искусства”. По словам Альбера Камю, именно эта поэма “завершила головокружительный путь Уайльда от искусства салонов, где каждый слышит в других лишь самого себя, к искусству тюрем, где голоса всех арестантов сливаются в общем предсмертном крике, чтобы его услышал человек, убиваемый себе подобными”.

Но вернемся к тому времени, когда молодой ирландец завоевывал мир. В конце 1881 года Уайльд поехал в Нью-Йорк, куда его пригласили прочитать несколько лекций об английской литературе. В Америке он встретился с Лонгфелло и Уитменом. Последний отрицательно отнесся к тем принципам эстетизма, которые проповедовал Уайльд. В мемуарной литературе сохранились следующие слова Уитмена : “Мне всегда казалось, что тот, кто гонится только за красотой - на плохом пути. Для меня красота -не абстракция, но результат.”

Перейти на страницу номер:
 1  2  3  4  5  6  7  8  9