Гражданская война в США

22 сентября, была опубликована в газетах и отдельными выпусками. Вряд ли стоит напоминать об исключительном значении этого хорошо известного доку­мента, ставшего первым реальным завоеванием негритян­ского народа США в его трудной многолетней борьбе за абсолютно равные права с белыми американцами.

Первый результат Декларации об освобождении рабов не заставил себя долго ждать: в ноябре республиканская партия проиграла промежуточные выборы в конгресс. который на последующие два года полностью оказался в руках демократов, все громче требовавших “прекратить братоубийственную войну” и признать независимость Конфедерации. В то же время открытой защиты рабства демократы все же избегали, занимая примерно такую же позицию, на какой находился и Линкольн к моменту на­чала войны - не допускать распространения рабства, но и не посягать на священное право собственности. Обостре­ние внутриполитической борьбы требовало от администра­ции Линкольна еще более умелого и деятельного руковод­ства ведения войны. Предостерегая от беспечности, Лин­кольн говорил в те дни: “Мы сейчас подобны китобоям, ведущим трудную погоню. Мы наконец вонзили гарпун в чудовище, но должны теперь следить за своим курсом, иначе одним взмахом хвоста оно отправит нас к праот­цам”

Первый же день нового 1863 года ознаменовался вступление в силу Декларации об освобождении негров-рабов в мятежных штатах. Хотя ее текст был обнародован ещё 22 сентября, мятежники и их сторонники на Севере все таки надеялись, что администрация Линкольна не решится на этот шаг. На Юге полагали также, что жесто­кий разгром северян у Фредериксберга “отрезвит” Лин­кольна и его партию, вынудит их искать компромиссные решения конфликта. Но эти надежды не оправдались, Президента уже ничто не могло поколебать, и Деклара­ция с 1 января вступила в действие.

И подкрепляя уверенность Линкольна в своей пра­воте, в эти же первые дни 1863 г. с далекого Запада стали приходить вести о новых успехах северян. После того как 25 апреля 1862 г. армией и флотом Союза был взят Новый Орлеан, течение Миссисипи оказалось как бы “закупоренным” для мятежников. Ее верховья еще с начала войны были в руках Союза, а после побед Гранта при Генри, Донелсоне и Шайло мятежники были отогнаны еще дальше. Со взятием Нового Орлеана они потеряли и устье Миссисипи, и теперь южане сохраняли контроль лишь над средним ее течением с главной опо­рой в Виксберге - тщательно укрепленном и в стратеги­ческом плане идеально расположенном городе. Поэтому главной задачей всего западного фронта во второй по­ловине 1862 г. стало овладение Виксбергом и всем тече­нием Миссисипи. Это отсекло бы от Конфедерации рай­оны, находящиеся западнее реки, т. е. мятежные штаты Техас, Луизиану и Арканзас.

Геттисберг.

И вот настало время снова сойтись в решающем поединке основным силам двух армий. Но сам сюжет знаменитого геттисбергского сражения возник несколько неожиданно. Ли, как уже говорилось, заранее назначил геттисбергский перекресток местом сбора трех своих кор­пусов; их возглавляли тогда лучшие генералы Юга - Дж. Лонгстрит, Э. П. Хилл и Р. Эвелл. Не зная этого, но интуитивно предположив, что перекресток может за­интересовать мятежников, Мид 30 июня приказал созадать линию жесткой обороны вдоль ручья Пайп, в нескольких милях от Геттисберга. И тогда же генерал-южа нин Г. Хес, дивизия которого расположилась в соседнем городке Кэштауне, узнал, что в Геттисберге у северян естт, большой склад армейской обуви. По данным разведки, северян в городке не было, и Хес приказал группе сол­дат “сходить” в Геттисберг и принести побольше обуви - в Конфедерации это стало проблемой еще в начале войны, не говоря уже о лете 1863 г.

Пока “заготовители” добирались до места, в Гетти­сберг вошла кавалерийская бригада Дж. Бафорда, кото­рому Мид поручил прикрывать свой левый фланг. Обна­ружив, что городок вовсе не пуст, как им сказали, сол­даты Хеса предпочли вернуться назад. Но Хес, загорев­шийся желанием обуть своих парней и считавший, что в Геттисберге может быть разве что отряд неопытных милиционеров, утром 1 июля послал туда едва ли но всю дивизию.

Тот момент, когда авангарды Хеса, подойдя к городку, завязали перестрелку с дозорами Бафорда, и стал нача­лом геттисбергского сражения. Оба командира бросили в бой все, что было у них под рукой, затем в сражение стали втягиваться все новые соединения. К северянам подоспел корпус У. Рейнольдса, которому Бафорд при слал записку с просьбой о срочной помощи. В свою оче­редь Рейнольдс перед отбытием к Геттисбергу разослал повсюду сообщения о начавшейся стычке, и, быть может, это в конечном счете и помогло сдержать яростные атаки южан. Спустя какие-то минуты, когда Рейнольдс повел свой корпус в атаку, снайпер-южанин прострелил ему голову. А его солдаты, наткнувшись на мощный огонь артиллерии (ее успел подтянуть к перекрестку Хес), стали медленно отходить. В эти первые часы боя соотно­шение сил было примерно 3 к 1 в пользу мятежников, и оно могло ухудшиться, так как к городку уже спешил весь корпус Эвелла.

Перейти на страницу номер:
 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15 
 16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29