Франклин Рузвельт как человек и политик

Последнее выступление Рузвельта перед кон­грес­сом состоялось 1 марта 1945 года. Это был отчет о Крымской конференции и размышле­ния о целях внеш­ней политики США. Это высту­пление было еще и пре­дупреждением против сто­летиями культивируемого слепого соблазна, при­бегая к силе и военно-блоковой политике, решать международ­ные конфликты без учета интересов мирового сообщества в целом. "Мир, кото­рый мы строим, не может быть американским или бри­танским миром, русским, французским или ки­тайским миром. Он не может быть миром боль­ших или миром малых стран. Он должен быть миром, базирующимся на совместном усилии всех стран. Крымская конфе­ренция призвана обозна­чить конец односторонних действий, замкну­тых блоков, сфер влияния, ба­ланса сил и всех других подобных методов, кото­рые использовались ве­ками и всегда безуспешно. Мы предлагаем поста­вить на их место всемирную организацию, кото­рая в конечном счете объеди­нила бы все миролю­бивые нации". Идея справед­ливого мира "для всех" уживалась у Рузвельта с признанием лиди­рующей роли США в мировых делах. За исход­ный принимался факт резкого эко­но­мического ослабления всех стран и превращения США в "образец" социально-экономического раз­ви­тия остального мира, в своего рода эталон для под­ражания, что подразуме­вало одновременно и от­ношения зависимости. Все это должны были вен­чать многочисленные военные базы США, а также торговая и финансовая экспансия.

К весне 1945 года атомный "Манхеттенский про­ект" успел приобрести черты зловещей реаль­но­сти. Еще в 1944 году по инициативе датского физи­ка Нильса Бо­ра возникла идея: ради сохра­нения доверия между со­юзниками информиро­вать Совет­ский Союз о ведущихся работах по созданию атом­ной бомбы. Тем не менее Рузвельт дал себя угово­рить Черчиллю не информиро­вать Советский Союз, что и было зафиксировано в па­мятной записке, подписанной Черчиллем и Руз­вельтом 19 сентября 1944 года в Гайд-Парке. Следует считать, что Рузвельт, также как и Чер­чилль придерживался же­сткой линии, отвергая идею международного кон­троля над атом­ным оружием на основе равноправ­ного уча­стия в нем всех стран антигитлеровской коалиции.

Внешнеполитический курс Рузвельта и "дух Ял­ты" подвергались непрерывным нападкам.

16. Бернский инцидент.

Весной 1945 года на долю честных союзни­че­ских отношений выпали новые испытания. Од­ним из них стал так называемый "Бернский ин­цидент". В Берне ве­лись тайные переговоры гене­рала СС Карла Вольфа и резидента разведыва­тельных служб США Аллена Дал­леса. Этим пе­реговорам пред­шествовала с января 1945 года длительная история тайных контактов эмиссаров американской и анг­лийской разведок с предста­вителями "третьего рейха" в Италии. В ходе этих контактов речь шла о "спасении Западной циви­лизации" путем откры­тия второго фронта. Со стопроцентной уверенностью можно сказать, что президент Рузвельт знал об этом. Об этих пере­говорах стало известно и в Москве. В марте 1945 года последовал по этому поводу интенсив­ный обмен посланиями между Сталиным и Рузвель­том. Сталин расценивал эти действия как тяжкое наруше­ние союзнического долга. Рузвельт в свою очередь пытался как-то снизить эффект этих разоблачений, ссылаясь на "малозначительность" инцидента или предпола­гая про­вокации гитлеровской разведки, пытав­шейся таким образом внести раздор между союз­никами. Эта тайная интрига американской и английской спецслужб была затеяна в расчете на политическую выгоду, которую западные союз­ники надеялись извлечь, вновь прибегая к "альтернативной воен­ной стратегии". Также как и раньше, ее суть со­стояла в том, чтобы с наи­мень­шими издержками, используя готовность из­верив­шихся в по­беде Гит­лера военных и полити­ческих деятелей "третьего рейха" открыть запад­ный фронт, продвинуть­ся далеко вперед на вос­ток и взять под свой контроль всю территорию центральной Европы.

В это время с 29 марта Рузвельт находился в Уо­рим-Спрингс (штат Джоржия), он там отды­хал и гото­вился к выступлению на учредительной конфе­ренции Организации Объединенных Наций в Сан-Франциско.

По поводу этого инцидента Рузвельт от­пра­вил Сталину следующую телеграмму: "Благодарю Вас за Ваше искреннее пояснение со­ветской точки зрения в от­ношении бернского ин­цидента, кото­рый, как сейчас представляется, поблек и отошел в прошлое, не принеся какой-либо поль­зы. Во всяком случае не должно быть взаимного недоверия и незначительные недора­зумения тако­го характера не должны возни­кать в будущем. Я уверен, что, когда наши армии ус­тановят контакт в Германии и объе­динятся в полно­стью коорди­нирован­ном наступле­нии, на­цистские армии рас­падутся".

Перейти на страницу номер:
 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15 
 16  17  18  19